ПРЕССА РЕЦЕНЗИИ рецензия lifenews.lv

Михаил Гиголашвили, «Захват Московии». — М., Эксмо, 2012

Гиголашвили, 57-летний уроженец Тбилиси, с начала девяностых живущий в Германии и преподающий русский в университете земли Саар, написал четыре, кажется, романа. Но по-настоящему обратил на себя внимание лишь пару лет назад — «Чертовым колесом», удостоенным в России бурных похвал и номинаций на солидные премии. Это крупнотоннажное в плане объема и замаха и совершенно «плоскодонное» в плане языка повествование о подпольных цеховиках, наркоманах, ментах перестроечного Тбилиси хоть и снискало автору славу «нашего Тома Вулфа», единственного, кто по-русски пишет в духе «новой журналистики», как раз вопрос с «журналистикой» (социальной и, так сказать, географической актуальностью) оставляло открытым. То есть ретроспективная журналистика у Гиголашвили получалась довольно живая — но может ли эмигрант с двадцатилетним стажем сказать что-то по-настоящему интересное о современной России для ее нынешнего обитателя?

...23-летний немецкий русист Манфред приезжает в Россию конца нулевых — практиковаться в живом языке и вживую общаться с Машей из Интернета. Разумеется, Фредя — карикатурный чистюля-иностранец, разумеется, в нашей Раше его мигом берут в оборот карикатурные местные: бомбилы, менты, проститутки, «хачики», чиновники, пенсионеры-ветераны и скинхеды. Лепеча перевранные русские идиомы, Фредя летит кувырком из одной сцены черной комедии в другую, иллюстрируя все мыслимые штампы из серии «что русскому здорово, то немцу смерть, в лучшем случае, дурдом». Фредин дневник перемежается отрывками из записок его предка, служившего опричником у Грозного — из коих следует, что ничего за пятьсот лет в этой стране по сути не изменилось...

Роман-анекдот, вероятно, наиболее адекватный жанр для разговора об анекдотических временах (постсоветских 90-х, например — см. опыт Пелевина) и странах. Но практика показывает, что писатели, успешные в этом жанре, еще более редки, чем по-настоящему талантливые рассказчики анекдотов.

Тициано Скарпа, «Фундаментальные вещи». — М., Corpus, Астрель, 2012

48-летний венецианец Скарпа, довольно маститый итальянский литератор, русскому читателю знаком лишь по довольно любопытном путеводителю по его родному городу: вышел тот пару лет назад и назывался «Венеция — это рыба». Беллетристические «Фундаментальные вещи» могут ввести в заблуждение кажущимся автобиографизмом: это записки венецианца по фамилии Скарпа. Правда, он на десять лет моложе автора и звать его Леонардо. Фигурирует в тексте и его друг Тициано — но тот фамилии лишен. Короче, да, с читателем тут играют.

Начинается все как письма Леонардо своему новорожденному сыну — но предназначенные для прочтения тем в 14 лет. Чтобы, значит, достигнув трудного возраста, сын мог лучше понять отца. Некоторое время читатель жует сентиментальные глубокомысленности в духе ЖЖ — и тут вдруг выясняется, что и сын чужой, и до 14 ему не жить...